02/04/2024
Хєллоу, любі!
я обіцяла щось написати не про гроші. Це не про гроші, але не перелистуйте!
Не для всіх сьогоднішній допис, але я вважаю, що він дуже важливий.
Буков буде занадто, але повірте, комусь з ваших знайомих він знадобиться.
Всі знають, в телеграмі принаймні, що в моєму житті більше нема Макса. Він є, але його нема. Не всі знають, через що мені довелося пройти. Мені, його дітям, моїм дітям, котрі його. Але.
Вчора вночі мала розмову з Л. Чудова, світла й позитивна дівчина зненацька (не маю подробиць її життя, але все ж таки) впала у відчай. Це дуже прикро. Україна тримається на тих, хто тримається. І наша з вами першочергова задача – ТРИМАТИСЯ! Будь що. Бо це наш шанс.
Так от. Я декому вже писала в особисті (Так, ОВ? ))))) як це пережити. Сьогодні пишу на загал.
Я буквально хочу процитувати меседж з особистих, але він дуже важливий не тільки для тих хто фізично втратив найкращих, а й всіх, хто вже другий рік живе в Україні своє найкраще життя. Як би дивно це не виглядало.
«Первое время я могла только спать. Я не ела ничего неделю. Вообще ничего, только вода. Сон - отличная вещь. Дети смотрели на меня с ужасом, но как-то интуитивно понимали, что трогать не надо. И они это переживали самостоятельно. (Молодец, говномать) Сильно спасало то, что они его безжизненным так и не увидели. Для них он существовал в их памяти. Наверное, это их спасло.
Через месяц сна стало понятно, что надо что-то делать. Я пошла к психологу – не помогло. Может, психолог был неудачный, но здесь (у Словаччині) выбор невелик.
Первое, что я научилась делать самостоятельно – дышать. Глубоко и медленно, думая только про то, как я дышу. Я слушала, как воздух заходит в меня и как выходит. Потом я училась есть. По чайной ложке. И со временем мои когнитивные функции восстановились. Я могла даже смеяться. При этом я вообще не могла плакать, зато я очень много могла смеяться. Вернее так, я могла плакать только после того, как я начинала смеяться.
Я запретила себе думать о произошедшем. Вообще. И в какой-то момент я поняла, что я ничего не чувствую. Вообще. Как будто я неживая тоже. Я полностью была функциональна, но абсолютно без каких-то эмоций. Кукла. В этот момент я пила уже не гидазепам, а менее вредную штуку Флуоксетин. Я уехала на море. Мы почти полтора месяца были на море. Море лечит, но не вылечивает, к сожалению. И вот в августе нас по какой-то программе отправили с детьми в Австрию, в горный лагерь, американская программа от военных ветеранов морпехов. Они с детьми занимались скалолазанием, а мамам привезли профессора Ельского университета – доктора психиатрических наук Амит Оурен. Пожалуй, эта женщина сделала для меня больше, чем кто-либо в моей ситуации.
Первое, что она научила меня делать – это дышать. Это дыхание йогов 4-4-8. На 4 счёта вдыхаем, на 4 счёта задерживаем дыхание и на 8 медленных выдыхаем. 5 повторений – и вы +/- в норме.
Второе. Она объяснила наконец-то, что значит быть в моменте.
Психика устроена таким образом, что мы никогда не осознаём, где находимся и что с нами происходит. Мы всегда мыслями или в прошлом, или в будущем, что одинаково плохо.
Прошлое – это всегда грусть, о том, как там было хорошо, а наших несбывшихся планах и т.д.
Будущее – это всегда страх. Мозг никогда не рисует радужные картинки будущего, только переживания – как я буду жить, будут ли у меня деньги прокормить моих детей и заплатить за жильё и так далее. Но никто не знает, что будет в будущем, а там может быть как плохо, так и хорошо. Но про хорошее мы никогда не думаем, к сожалению.
И вот быть в моменте означает подумать о себе сейчас.
Где вы? Удобно ли вам сидеть/стоять/лежать? Тепло ли вам сейчас? Чувствуете ли вы голод? Что вокруг вас? И т.д.
И вот оказывается(!!!), что в моменте – всегда хорошо!
Juli Was Here, [02.04.2024 19:53]
После этого, когда вы это осознаете - разрешите себе горевать лишь в определённое время. Например, с 5 до 6 часов вечера. У вас есть целый час на горе. Как только вам приходит «неподходящая» мысль в голову, вы говорите себе «стоп! Ещё не 5 часов» Практика показывает, что с 5 до 6 никогда не удаётся предаться гореванию. Но как говорится, это ваши проблемы – ждём следующего дня))
И третье, что она мне сказала – это то, что должен пройти год, прежде, чем станет легче. Потому что в этот год вам придётся по-новому пережить все праздники в новом статусе. Дни рождения, новый год, Рождество, день свадьбы и т.д. И да, я ненавижу теперь все эти дни. Особенно тяжело дались дни рождения детей. День свадьбы тоже был такой, что лучше б не было. Это и правда очень трудно.
Девять месяцев спустя мне особо нечем вас порадовать. Я по-прежнему ничего не чувствую. Я каждую ночь вытаскиваю его с войны. Я жду ночи, потому что живу с ним там, но как тяжело даются утра. Мне очень жалко себя и моих детей. Может если бы у меня был плохой муж, это не было бы так больно, но у нас с детьми был идеальный муж и отец.
Единственное, что я могу вам обещать – вы будете жить дальше. И научитесь смеяться-улыбаться, получать секундные удовольствия от жизни. Будете ли вы счастливы – не знаю. Мне пока не удалось. Но год ещё не прошёл.
У травні буде два роки. Життя подарувало мені неймовірних людей. Я все також дуже боюся, чи буде в мене сил та коштів ростити цих жахливих чудових підлітків, що ми з Максом народили, але…
1) пам’ятаю про 4-4-8
2) пам’ятаю, що коли страшно – живемо в моменті. Зараз норм, цього достатньо.
3) Якби я не противилася, Бог є. У дуже чудернацькій формі, але є.
Всіх обіймаю! Хай ця клята війна вже нарешті дійде нашої фінальної перемоги, щоб ці особисті переживання стали нашою найбільшою проблемою, з якою, справляться такі круті люди, як Аміт.
Дякую за це знання, що рятує життя!
